Tags: self

Long Island

Год одиночества. О пользе скуки и множественности себя


Не сто лет одиночества, но... Исполняется год   с тех пор, как вирус вынудил нас разойтись по домам и оказаться наедине с собой. Компания приятная, но однообразная. Нет ничего хуже, чем скучать с самим собой, потому что от всех прочих  можно избавиться, а от себя — никак. Недаром "скука" в русском языке — производное от "кукати". Скука - это пре-тер-пе-ва-ни-е времени в той его однообразной последовательности, с какой кукушка издаёт свои ку-ку-ку-ку... Если же поискать зримый эквивалент того же самого механического повтора, то возникает образ бурава или сверла, с неутомимой настойчивостью повторяющего свои обороты.  В английском языке слово "boredom,"  "скука," происходит именно от "bore" —"сверлить, буравить".


Скука — это когда не знаешь, что делать с собой. Она может перейти в тоску, когда хочется наложить на себя руки, чтобы хоть что-нибудь почувствовать.

Но есть и другой выход, подсказанный Эмилем Чораном: "Без скуки я не стал бы самим собой. Только с ее помощью, только благодаря ей я сумел узнать себя. Не испытай я ее, я бы так и прожил в полном неведении, так и не понял бы, кто я такой. Скука — это встреча с самим собой в чувстве собственного несуществования" [1]

Collapse )
Long Island

Коты, смыслы и вселенные

В "Звезде" вышла полная версия статьи, которая раньше в сокращении была в "Независимой газете". Статья о том, как многомировая интерпретация квантовой физики связана с нашим опытом пребывания в этом мире, с категорией смысла, с ощущением своего "я".
Процитирую один абзац:
Один из самых фантастических элементов многомировой интерпретации — множественные копии моего «я», заселяющие «диагональные» миры. Где эти двойники, расходящиеся по диагоналям от моего «я», и как обосновать их существование, если я не могу их физически наблюдать? На самом деле, каждый человек, способный глубоко чувствовать свое «я», ощущает и его расплывчатость, множественность, как бы волновую функцию проходящих через него состояний. Каждое мгновение моей сознательно-волевой жизни я обнаруживаю в себе несколько «я», из которых делаю более или менее осознанный выбор. Остальные «я» отступают куда-то, условно говоря, в параллельные миры; но это наличие двойников я ощущаю именно как облачко возможностей, постоянно окутывающих и «волнующих» мою идентичность. Без этого множества иных «я» был бы невозможен даже простейший акт самосознания: мне нужно смотреть на себя глазами кого-то другого, пусть он физически и неотделим от меня, чтобы созерцать себя как объект, пред-стоять себе. Самосознание — это суперпозиция моего «я» как субъекта и как объекта. «Я сознаю себя». Где «я» — в сознающем или сознаваемом? «Я» — нелокально, оно — в обоих, оно многомирово. Множество моих двойников может разойтись по разным мирам, и единственный достоверный способ обнаружить их существование — это чувствовать свободу своей воли, то есть воспринимать волновую функцию своих возможных отличий от себя.
Long Island

Первая любовь (импровизация 2)

Задача была в том, чтобы связать тему Елены Глазовой-Корригэн ("Первая любовь") со своей ("Что движет моей внутренней жизнью"). Связка вышла так себе, на троечку. Но переписать импровизацию нельзя - тогда это уже не импровизация. Это не беловик, но и не черновик, потому что само такое деление на "черное" и "белое" предполагает стадиальность работы. Это "серовик", мой любимый цвет, с оттенками от пасмурного до жемчужного.  Это мгновечное состояние мира, как выброс палочек Книги перемен.      24 апр. 2010, 18.00 - 18.30.

Первая любовь

У меня было две первые любви, хотя в таком нежном возрасте, о котором я берусь рассказать, это вряд ли можно назвать любовью, скорее, первым проявлением мужского и слабым томлением по тому женскому, что предчувствуется в другом существе. Collapse )