Category: искусство

Category was added automatically. Read all entries about "искусство".

Long Island

Инстинкт паясничанья, или Театр Шеи

В большой северной стране обитает племя, почитающее сов как своих тотемических предков. Реалистическая фантазия на тему советского мира, книга "Великая Совь'" была начата в оруэлловском 1984 г. и завершена к тысячелетию крещения Руси в 1988 г. Тогда трудно было предположить, что тридцать с лишним лет спустя, т.е. сегодня и особенно завтра, она опять окажется столь актуальной. Современному читателю будет не так-то легко разобраться, идет ли речь о коммунистической идейности или политической корректности. Боюсь, эта притча на все времена. Теперь книга доступна для свободной загрузки на сайте Imwerden.

Collapse )
Long Island

Язык — это главное противовирусное средство


Под таким заглавием на сайте "Полка" опубликовано большое интервью, данное Варваре Бабицкой. Текст прекрасно и многообразно иллюстрирован. Привожу начало.


Вопрос, которым многие сейчас задаются: что будет с человеческой культурой после карантина, как пандемия изменит нашу жизнь?

Мне кажется, культура станет ещё более культурной — ещё больше отдалится от природы, от мира физических явлений. Переход культуры из «реала» в виртуальные миры, начавшийся в последние три десятилетия, сейчас получает сильнейшее ускорение в связи с тем, что сам реальный мир начинает нас из себя выживать. «А в наши дни и воздух пахнет смертью» — Пастернак это написал сто лет назад, и вот повторяется... Всё переходит в онлайн: бизнес, образование, услуги, все виды искусства... Такова отчасти печальная, но неизбежная и специфическая для человека установка на дистанцирование. Что такое язык и вообще любая знаковая система, как не способ отдаления от мира означаемых через условность означающих — то, что физиолог Павлов назвал «сигналами сигналов» и «отвлечением от действительности». Язык — это главное «противовирусное» средство, поскольку он позволяет оперировать миром, не приближаясь к нему или касаясь его опосредованно. Карантин, который сейчас добавляется ко всем уже наработанным защитным механизмам культуры, — это проявление её глубинной сущности. Информация поступает к нам в основном через зрение и слух, а это дистанционные органы символического восприятия. В этом наше отличие от других биологических видов, которые получают информацию в большей степени через контактные органы — обоняние, вкус, осязание. Культура — это система дистанцирования, и коронавирус подталкивает нас в том же направлении. Сейчас, когда мы общаемся по зуму, возникает вопрос: а так ли уж важно, что мы не можем пожать друг другу руку? «Зумификация», которая сейчас происходит во всех областях культуры и коммуникации, столь же неизбежна, как в своё время электрификация.

Интересно, как меняется в этой ситуации содержание культуры в принципе, ведь в этом изолированном состоянии опыт наш оказывается очень обеднённым.

Карантин, в принципе, может оказаться плодотворным для культуры. Мы в основном воспринимаем карантин как пространственный феномен, а по сути он — временный, точнее, временной. «Карантин» — от латинского корня, означающего «сорок». Именно столько дней венецианцы держали на отдалении суда, прибывающие к ним из зачумлённых стран. Но число 40 означает испытание в более глубоком, духовном смысле. Сорок лет Моисей водил свой народ по пустыне, прежде чем ввёл его в Землю обетованную. Сорок дней Иисус постился в пустыне, прежде чем выдержать испытание Сатаны и приступить к исполнению своей миссии. Карантин, «сороковик» — это период испытания, самоограничения, аскезы, прохождения через пустыню.

И нынешнее испытание рождает много интересного. Я в этом семестре читал своим студентам курс под названием «Фантом империи», о культуре и политике от Горбачёва до Путина, и надо сказать, что в тoм историческом переходе, который мы наблюдаем, от перестройки до «обнуления», всё выглядит достаточно печально. Мне хотелось чем-то воодушевить студентов, и я показал им видео, где танцоры Михайловского театра танцуют у себя на кухнях. Это было по-своему столь же грациозно и артистично, как на сцене, и даже интереснее: бытовой танец как форма художественного остранения традиционного балета, как искусство в квадрате. Расцветают домашние формы культуры: например, «изоизоляция» — люди воспроизводят из подручных материалов композиции известных картин или скульптур. Самоограничение лежит в основе любого искусства. Аскеза — это работа над собой, упражнение по овладению своей телесной жизнью, искусство внешнего воздержания с целью внутреннего усиления.

Культура сейчас пребывает в процессе доместикации, благодаря которому мы когда-то подчинили себе природу, подвергли её «аскезе», обработке. Мы одомашнили животных, растения, так возникло сельское хозяйство и вообще цивилизация. Но цивилизация от нас очень сильно отдалилась — это называется процессом отчуждения, — а сейчас благодаря зуму мы переживаем период «доместикации цивилизации», то есть она перемещается в наши дома.


Фрагмент триптиха Иеронима Босха «Искушение Святого Антония», XVI век. Национальный музей старинного искусства, Лиссабон

Фотография Светланы Семенюк для группы «Изоизоляция»

Продолжение — на сайте ПОЛКА.

Long Island

Постмодернизм в России

Книга "Постмодернизм в России" только что вышла  в Петербурге (Азбука, 2020, 606 сс.). Ее можно скачать на Литрес, а любители печатных книг могут приобрести ее в интернет-магазинах и на стенде издательства в книжном клубе "36,6" на ярмарке нон-фикшн в Москве (5-9 дек.)

Нельзя быть человеком 21 в., не усвоив опыт постмодернизма, так же как человек 19 в. не мог сформироваться без влияния романтизма, а человек 20 в. — без уроков авангарда. И даже для того, чтобы преодолеть постмодернизм, нужно сначала освоить его как систему — и постепенно подняться на ту ступень рефлексии, которая позволит увидеть его уже пройденным, а значит, открыть перед собой новый горизонт культуры.

Приведу несколько фрагментов на злободневную тему.

Collapse )
Long Island

Постмодернизм в России.

Ушла в типографию и скоро выйдет в свет моя книга "Постмодернизм в России" (СПб.: Азбука, серия "Новый культурный код"). Итог почти сорокалетней работы: с начала 1980-х — и до лета 2019.

Нельзя быть человеком 21 в., не усвоив опыт постмодернизма, так же как человек 19 в. не мог сформироваться без влияния романтизма, а человек 20 в. — без уроков авангарда. И даже для того, чтобы преодолеть постмодернизм, нужно сначала освоить его как систему — и постепенно подняться на ту ступень рефлексии, которая позволит увидеть его уже пройденным, а значит, открыть перед собой новый горизонт культуры.

Обложка с фрагментами картин Виктора Пивоварова.

Collapse )
Long Island

Постмодернизм — совсем не то, что вы о нем думаете. Разговор с Андреем Битовым.

Сегодня первый день рождения Андрея Битова — после его смерти (27.5.1937-3.12.2018).
Только что в журнале "Знамя" вышел мой разговор с ним о постмодернизме, состоявшийся четверть века назад.

Андрей Битов в Атланте, 1994

Long Island

Ева и Змей. Новая интерпретация Моны Лизы. К 500-летию смерти Леонардо (15.4.1452 - 2.5.1519)


Иллюстрация 1. Красной линией обведен контур пресмыкающегося.

Леонардовская "Мона Лиза", или "Джоконда" остается самой загадочной картиной в истории искусства. Сколько высочайших профессионалов, не говоря уж о дилетантах,  пытались подобрать к ней ключ! Как ни самонадеянно это выглядит, рискну поделиться догадкой, возникшей у меня, когда я долго стоял перед этой картиной в Лувре. Перед нами тончайшая вариация библейского сюжета - образ Евы, соблазненной Змеем и как будто вобравшей его очертания в себя, в извивы своей накидки, в изгибы своих глаз и губ.


Collapse )

Long Island

Михаил Шишкин о Джойсе и о Шарове.

В журнале Colta.ru опубликованы два эссе Михаила Шишкина — о Джеймсе Джойсе и о Владимире Шарове. При том, что первое построено на историко-биографических изысканиях, а второе — на личных воспоминаниях, их роднит метод, который мне представляется отличительно шишкинским: эмпатия, но без стилизации. Шишкин так проникает в тайное тайных другого писателя, что иногда трудно сказать, автор говорит через героя или герой — через автора. Ведь оба — писатели. Кто кого пишет?
Collapse )
Long Island

Марка Бельгийского Конго

Сегодня, 9 октября, день почты и почтовой марки.

Грустноватый праздник. Даже не помню, когда я последний раз был на почте, когда своими руками приклеивал марку к конверту и чувствовал на языке этот чуточку терпкий вкус клея. Мир, окружавший нас еще вчера, быстро становится экспонатом исторического, а то и антропологического музея (куда перемещается не только письмо с конвертом, но и само рукописание). Может быть, лет через 10-20 уже мало кто поймет Владимира Набокова: "Желания мои весьма скромны. Портреты главы государства не должны превышать размер почтовой марки".

Но вот что удивительно: исчезновение вещи может заострять ее восприятие. В детстве я собирал марки. Показал кому-то (наверно, однокласснику) свой альбом — и потом обнаружил, что пропала редкая марка, которой я особенно гордился: жираф на фоне синего неба. Марка какого-то невообразимо далекого, волшебного Бельгийского Конго, которое тоже вскоре пропало с карты мира.

Марка была примерно такая, как на этом фото, но НЕСРАВНЕННО ярче: жираф — не коричневый, а желтый, желтее, чем подсолнух, и небо — иссиня-синее.

Долго меня это терзалo, а теперь понимаю: если бы ее не украли, я бы так хорошо ее не запомнил.

А вот кто украл — не помню и даже не знаю, кого благодарить за столь яркую память детства.

No automatic alt text available.

Long Island

На смерть Набокова. 1977.

Раз уж речь о набоковских пиджаках... Мне вспомнилось время, когда Набоков в России был почти бесплотной легендой и даже слухи о его смерти дошли до Москвы лишь месяца два спустя после того, как это случилось в Монтрё. Тогда, в 1977, я откликнулся на это событие своего рода некрологом — привожу его ниже. Под многим написанным тогда я сегодня не подписался бы, но мне понятен "аристократический" задор молодого человека в пику идеологии "рабоче-крестьянского" государства.

На смерть Набокова.

Вчера узнал о смерти Набокова, случившейся уже больше месяца тому назад. [1] Сразу в моей жизни что-то кончилось, не говоря уж о литературе. Конечно, в метафизической глубине он уступает Кафке, в интеллектуальном кругозоре - Т.Манну, в экспериментальной дерзости - Джойсу. Но чем он безусловно превосходит всех их, а также Хемингуэя, Фолкнера, Пруста, Камю, Гессе, всех прочих гениев ХХ-го века, - это в художественности. После знакомства с ним кажется, что остальные писатели были заняты не искусством, а каким-то совсем другим делом: один - языком, другой - рассуждением, третий - общественным неблагополучием, четвертый - своими душевными терзаниями и т.д.. Чтение Набокова хорошо проясняет честолюбивые притязания (или, что то же самое, творческую недостаточность) тех писателей, которым их писательского искусства было мало: они либо возводили его в квадрат саморефлексии, либо сводили к дробям политики, психологии, лингвистики. И все кажется претенциозно и умышленно рядом с круглой самодостаточностью набоковского художества.

Collapse )
Long Island

Вяч. Вс. Иванов и титаны советского возрождения.




+T

Скончавшийся 7 октября Вячеслав Всеволодович Иванов (1929-2017) был воистину одним из титанов советского возрождения (слово "советский"  употребляю с неохотой, но его, как исторический термин, нечем заменить). Невозможно кратко определить сферу деятельности В. В. Иванова: он был лингвистом, семиотиком, антропологом, культурологом, полиглотом, славистом, индоевропеистом, фольклористом, литературоведом, поэтом, переводчиком, мемуаристом, историком науки, исследователем мозга, искусственного интеллекта и машинного перевода, общественным деятелем, профессором многих университетов, членом многих академий...

Такая широта интересов и масштаб свершений — свидетельство не только выдающихся личных дарований, но и времени, когда они были востребованы. В позднюю советскую эпоху повторилась, в уменьшенном масштабе, общая модель перехода от средневековья к возрождению.  Правда, это было средневековье не христианства, а атеизма, точнее, религии коммунизма. На смену темным векам — в данном случае, сталинским десятилетиям, — приходит Ренессанс, который в 1950-е гг. получил скромное название "оттепели". Восстанавливается прерванная связь с античным наследием — с дореволюционной эпохой, с Серебряным веком. Возрождается дух художественных, научных, философских, религиозных исканий.

Collapse )