Михаил Наумович Эпштейн (mikhail_epstein) wrote,
Михаил Наумович Эпштейн
mikhail_epstein

Categories:

В заключение

Дискуссия о СССР и тоталитаризме продолжается, к ней подключаются новые участники:
Георгий Ильич Мирский, историк, в "Новой газете"
Валерия Ильинична Новодворская, политик и публицист, в "Гранях"

Мне кажется, что я сказал все, что мог сказать, оставаясь в рамках начальной темы. Благодарен тем, кто меня услышал! Сожалею о том, что мой оппонент меня не услышал. К этой теме, расширяя ее исторически и философски, я еще буду возвращаться, потому что она задевает самый нерв современной жизни. 


В заключение скажу страшную и уличительную для себя вещь: я люблю  ту страну, которая называлась СССР и в которой я прожил 40 лет. Приведу кусочек из своего эссе "СССР: опыт эпитафии", написанного 26 декабря 1991: "Эсесесер. Сколько оттенков серости рокочут и переливаются в этом слове!...  Зато страна эта теперь переселилась в меня. Во мне живет. Напевает вполголоса дивные песни. "По военной дороге... Только ветер гудит в проводах... Где закаты в дыму...""
 
Если у вас родители алкоголики, вы можете их любить - и при этом ненавидеть алкоголизм. Можно и даже нужно любить грешника - и при этом ненавидеть грех.
 
Я ненавижу "первосортную диктатуру" и  не считаю ее хоть в чем-то благотворной для страны. Я думаю, что, избери страна другой исторический путь, она бы не оскудела дарованиями, а те, что уже были: Блок, Маяковский, Есенин, Мандельштам, Ахматова...  - проявили бы себя более полно, незадушенно.   Но я люблю эту страну, я сострадаю ей, потому что она сама губила себя, а зло не приносит радости и счастья. Даже бесам можно сочувствовать, потому что они страдают.
 
Мчатся бесы рой за роем
В беспредельной вышине,
Визгом жалобным и воем
Надрывая сердце мне…
 
И мне эта страна надрывает сердце. Но я не готов считать бесов посланниками света.
 
Тогда встает вопрос: можно ли отделить грешника от греха? Больного от болезни? Мой оппонент считает, что нельзя,  я же полагаю, что в этом и состоит общая задача исторического исследования и моральной оценки: отделить человеческое, доброе, теплое в грешнике от самого греха, а грех отбросить и осудить, показать, как он извращал  человеческую природу.
 
Как соотносится то хорошее, что было в СССР,  со злом тоталитарного государства? Возникло ли это хорошее благодаря тоталитаризму или вопреки ему и независимо от него? Конечно, тоталитаризм искусно эксплуатировал самые лучшие человеческие порывы: к свободе, братству, единению, труду, устремлению в будущее, но одновременно и разрушал эти самые порывы, разрушал связи и доверие между людьми, превращал свободу в рабство, братство - в доносительство. Таково свойство Лукавого: он искушает не злом, а добром. Змей не предлагает Адаму и Еве: станьте как змеи. Он говорит: станьте как боги!

Все хорошее в эпоху тоталитаризма исходило не от диктатуры, а от нравственных сил человека, способного трудиться не по-рабски, мыслить не по учебнику, заводить друзей не ради доноса в ЧК или ГБ. Все хорошее исходило от свободолюбия и милосердия,  способности противостоять насилию активно или хотя бы пассивно, не участвуя в нем.  Тоталитаризм, как опаснейшая болезнь, действительно, захватил жизненно важные органы. Но можно ли все-таки разделить больного и болезнь? Я считаю, что можно и должно.  Этот процесс и называется исцелением, и в истории России он еще не закончен. Чтобы он мог продвигаться дальше, нужно болезнь назвать болезнью, а не особой формой здоровья.
 
 Связывая величие России с несвободой и выставляя СССР как главный аргумент этого величия, благотворники абсолютного зла играют на самых страшных струнах отечественной истории. Об этом - проникновенная 22-ая глава в книге Гроссмана "Все течет": "Рост  человеческой  мощи выражается  прежде  всего  в  росте  его свободы. Свобода не есть осознанная необходимость,    как    думал   Энгельс.   Свобода   прямо   противоположна необходимости,  свобода  есть  преодоленная необходимость. Прогресс в основе своей есть прогресс человеческой свободы. Да ведь и сама жизнь есть свобода, эволюция жизни есть эволюция свободы.    Русское  развитие обнаружило странное существо свое - оно стало развитием несвободы... Ленинский  синтез  несвободы  с  социализмом  ошеломил  мир  больше,  чем открытие внутриатомной энергии.    Европейские  апостолы  национальных  революций увидели пламень с Востока. Итальянцы,  а  затем  немцы,  стали  по-своему  развивать идеи национального социализма.    А пламя все разгоралось - его восприняла Азия, Африка.    Нации и государства могут развиваться во имя силы и вопреки свободе!"

Очевидно, что нынешняя "вертикализация" России, попытка ее  частичной (ре)советизации, - это движение  по тому же вектору: усиление мощи государства за счет свободы его граждан. Не стоит ли взять за основу другую модель и поставить мощь государства в зависимость от растущей свободы и достоинства граждан? 
Tags: freedom, morality, totalitarianism, ussr
Subscribe

  • Весь мир — эссе.

    На сайте Imwerden — спасибо его создателю Андрею Никитину-Перенскому! — выложен для чтения/скачивания двухтомник моей эссеистики:…

  • Homo Scriptor

    Первые главы книги Homo Scriptor теперь доступны на Литрес для чтения: Марк Липовецкий. Mark Lipovetsky. Предисловие. Александр Генис. Alexander…

  • Герой нашего времени — человек в футляре.

    Сегодня по-новому перечитываются даже до скуки знакомые хрестоматийные тексты. Например, "Человек в футляре" — отталкивающий…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 98 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Весь мир — эссе.

    На сайте Imwerden — спасибо его создателю Андрею Никитину-Перенскому! — выложен для чтения/скачивания двухтомник моей эссеистики:…

  • Homo Scriptor

    Первые главы книги Homo Scriptor теперь доступны на Литрес для чтения: Марк Липовецкий. Mark Lipovetsky. Предисловие. Александр Генис. Alexander…

  • Герой нашего времени — человек в футляре.

    Сегодня по-новому перечитываются даже до скуки знакомые хрестоматийные тексты. Например, "Человек в футляре" — отталкивающий…