Михаил Наумович Эпштейн (mikhail_epstein) wrote,
Михаил Наумович Эпштейн
mikhail_epstein

"От совка к бобку" на украинском языке

Книга "От совка к бобку. Политика на грани гротеска" вышла в Киеве в переводе на украинский. Constantin Sigov, Леонид Финберг (Leonid Finberg), Иоанн Залевский (Ioann Zalevsky), Ирина Пастернак (Iryna Pasternak), Бердичівська Ніна, Анікієнко Наталія — огромное вам спасибо!

Поскольку слово "бобок" (из одноименного рассказа Достоевского) не слишком знакомо украинскому читателю, заглавие несколько изменено: "По ту сторону совка".

Фрагмент из книги: "Точный смысл этого слова остается непонятным на протяжении всего рассказа, хотя он так и называется — "Бобок". Это даже не слово, а "словцо", какое-то бормотание, междометие — звук умирающей, но еще теплящейся души. "Есть, например, здесь один такой, который почти совсем разложился, но раз недель в шесть он всё еще вдруг пробормочет одно словцо, конечно, бессмысленное, про какой-то бобок: "Бобок, бобок"…"

Вот это слово "бобок" и может послужить обозначением наступившей эпохи и восполнить пробел в социально-политической терминологии. Вся та публицистика, геополитика, законотворчество, которые обрушиваются на страну, вызывая приступы энтузиазма, — это, по сути, тот же "бобок". Лопающийся пузырь последнего вздоха отходящего исторического организма. "Бобок"— стиль времени, как декаданс конца XIX века или авангард 1910–1920-х гг. Это клич последнего бесстыдства, когда уже все дозволено, потому что смерть все спишет...

Путь, пройденный за четверть века, можно очертить так: от совка — к бобку. Разница немаловажна. Совок был существом наглым и хамоватым, но и лопоухим, лоховатым. Его уши еще были полны отголосками добрых увещеваний и посулов равенства, братства и великого будущего. Некие исторические, философские, моральные абстракции отдавались в его подсознании и придавали ему толику добродушия и расслабленности даже в острой борьбе за жизненные интересы. Он не был готов так безоговорочно "отжимать" у чужих и "сливать" своих. Он был более спокойным и уравновешенным и вплоть до 2014 года считал, что у жизни еще может быть второе начало.

Бобок лишен этих иллюзий и исторической перспективы. У него осталось только одно право, о котором в "Бесах" Петр Верховенский говорит Ставрогину: "В сущности, наше учение есть отрицание чести, и откровенным правом на бесчестие всего легче русского человека за собою увлечь можно". Ставрогин отвечает: "Право на бесчестие — да это все к нам прибегут, ни одного там не останется". И бобок этим правом пользуется самозабвенно. Незабываема сцена парада пленных в Донецке. Истошный мужской крик из толпы: "На колени поставьте! На колени!" За понурыми пленными следуют поливальные машины. Репортер приходит в восторг: "Показательно! Браво! Браво! За ними даже дорогу моют, чтобы эта грязь не оставалась на нашей земле". Страна поднимается с колен, только если кого-то ставит на колени...

Совок в простоте душевной полагал, что вселенная должна по-матерински его любить и опекать, восхищаться даже его хамством как выражением ребячливой резвости и непосредственности. Бобок — разочарованный совок, который вдруг осознал свое сиротство. Вселенная никогда не даст ему той любви, на которую он имеет право. Бобок — агрессивно-депрессивный совок, который ничего хорошего не ждет от мира. А потому готов первым нанести сокрушительный удар — и, разлагаясь в могиле, грозит 'бобокалипсисом'…"

https://www.facebook.com/constantin.sigov/posts/10211624848879952?notif_t=like_tagged&notif_id=1482247439998890

Image may contain: text
Дух і Літера


От совка к бобку. Политика на грани гротеска

Михаил Эпштейн


Предисловие


I. Родина и отечество

О Россиях
Родина и отечество
Обнадеживающий урод
Виды патриотизма
Родина-ведьма. Демонология России у Гоголя и Блока
Сия Россия

II. Идолы и идеалы

Что осталось от Ленина?
Сталин — имя России?
Буревестничество
Пошлость обличения пошлости
Масштаб и вектор. О тотальгии
"Итак, хвала тебе, Чума..." Как отделить больного от болезни?
Поп-религия
Каинов грех. О святобесии
От атеизма к теократии
Свет и клир
Христианство на Западе


III. От  совка к бобку

Ни слова об Украине. Заметки августа 2008
Крым и "скрымтымным"
2014 год в предсказании Достоевского

Политология души
Мирозлобие
Деньги в огонь
Истребление середины
От совка к бобку
Гласные и согласные
Цвет времени
Не спрашивай, по кому стреляют
Мертвая рука


IV. Народ и душа

О народном двоедушии
Народ у Пушкина
Гиперсемиты и другие
Сеанс черной магии
Ненависть по долгу и по любви
Витальность и агрессивность
Пустоводство, или Как делать ничего?
Соизмерим ли индивид с историей?
Музыка истории
Как выжить, низвергаясь в Мальмстрем?
Духовный дефолт
Кризис — это суд. Над собой


V.  Исторические пути и беспутье

Новороссия или Новомосковия?
Новейшее средневековье
Топохрон и хронократия
Исторические пути и беспутье
Неприкаянность. Заблудившийся трамвай
Самоотречения. Гнуться, не ломаясь?
Гротескность социальных структур
Мост или пропасть?
Историческая аритмия

Вместо заключения. О многовластии


Первые публикации

Summary

Именной и предметный указатель


Русское издание "От совка к бобку" доступно на Озоне
Tags: bobok, politics, russia, society, sovok, ukraine, ussr
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment