Михаил Наумович Эпштейн (mikhail_epstein) wrote,
Михаил Наумович Эпштейн
mikhail_epstein


Александр Глезер (1934, Баку - 2016, Париж)


+T-

Умер Глезер. В заметке написано: "поэт и переводчик". Это все равно как о Пушкине написать "редактор и критик". Да, и в этих ролях подвизался А.С., но не за это мы его помним и чтим.

Более резонно было бы написать про Александра Давидовича: "коллекционер искусства", "деятель арт-мира", "создатель Музея современного русского искусства" (Париж, потом Нью-Джерси). Но в этих ролях я его практически не знал.

Для меня он был создателем издательства "Третья волна" (с 1976 г.) и журнала "Стрелец" (с 1984 г.), где выходила самая значительная, экспериментальная, нетрадиционная литература эпохи перестройки, которая, что ни говори, остается едва ли не самым светлым и радостным периодом в русской культуре ХХ в., наряду, конечно, с его серебряным началом.

Но главное в Саше Глезере было даже и не это, и не то, что он создал в конце 1980х гг. "Союз интеллигенции в защиту перестройки", а то, что он был человек-двигатель, человек-время, человек-полет. Где бы он ни появлялся, все начинало как-то двигаться, меняться, удивляться, надеяться. И множество людей, включая меня, испытало это его щедрое вторжение, которое открывало куда-то дверь, создавало возможность, переносило в другую страну. В 1989 г., после конференции по Набокову, я целый месяц провел в Париже, в одном из получердачных ответвлений его квартиры, кажется, на ул. Бальзака, выходившей на Елисейские поля, - первый мой выезд на Запад, месяц в Париже!

Я не был самым близким ему человеком, я просто попал в этом водоворот, доброворот по имени Глезер, в этот центробежный вихрь проектов, инициатив, полуначинаний, полусвершений... И пусть кто-то скажет (недоброжелателей у него хватало), что в этом было много суетности, погони за успехом, славой, деньгами. Если это и было, то скорее - предлогом. Есть люди, для которых сделать доброе дело - это предлог нажиться или прославиться, а у Саши, если что-то подобное и было, — то ровно наоборот! Ему хотелось добротворить - спонтанно, безоглядно, без плана и цели, а предлогом для этого мог быть и заработок. И если служение добру требует суеты, я назову Сашу добросуетным человеком, в наилучшем смысле этого слова. Чего он точно не жалел — это своего времени и души, на что часто скупятся и весьма производительные люди.

Я не встречался с Сашей с начала-середины 1990-х и не знаю, как сложилась его судьба, какие из его начинаний чем-то увенчались, а какие - нет. Но есть у жизни иная мера, кроме произведенного продукта, так сказать, "массы" созданного. И эта мера - ЭНЕРГИЯ отданного. Неверно думать, что масса сохраняется в этом мире, а энергия рассеивается. Все может быть ровно наоборот: масса (тексты, картины и т.д.) нужна лишь для того, чтобы превращаться в энергию. Иначе для чего она нужна, мертвая масса? А вот энергия остается, даже рассеянная, и увеличивает светлость мира.

Светлая память!

http://www.gazeta.ru/culture/news/2016/06/05/n_8724911.shtml

Tags: death, life, literature
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments