Long Island

Язык не прощает ту власть, которая на него покушается.

По поручению президента Владимира Путина, 6 августа 2020 в России создана правительственная комиссия по русскому языку. Цель: разработать целостную языковую политику, определить единые требования к созданию словарей и грамматик, содержащих языковые нормы, провести экспертизу правил русской орфографии и пунктуации.

Когда верховная власть решает заняться вопросами языкознания, она подписывает себе символический приговор. Одержав много военных и политических побед, построив общество сверху донизу, она доходит в своей гордыне до попытки отрегулировать язык.

Но, как заметил И. Бродский, язык древнее и могущественнее государства.

И на этой последней попытке власть ломается, как сломалось самовластие старухи из пушкинской сказки, когда она, воссев в царских палатах, решила стать владычицей морскою, т.е. овладеть свободной стихией.

То, что В. В. Путин, обеспечив себе еще три срока правления, решился заняться вопросами языкознания, — хорошая примета для тех, кто все еще надеется, что, несмотря на обнуление, нынешний его срок станет последним.

Collapse )
Long Island

Слово "человек" как призыв к действию

Сегодня слово "человек" опять, как и сто лет назад в послереволюционной России, становится подозрительным и опасным. Что это за тварь такая — человек? Есть пролетарии и капиталисты, белые и черные, мужчины и женщины, гомо-, гетеро- и транс-... А тот, кто напирает на слово "человек", наверняка, реакционная сволочь, которая хитро скрывает свои классовые, расовые, биополитические интересы.

Что на это ответить? Прежде всего, возблагодарим русский язык за то, что в нем есть слово "человек". Не всякому языку выпадает такая удача. В английском и французском понятие "человек" выражается тем же словом, что "мужчина": "man", "homme". Поскольку непозволительно приписывать свойство быть человеком только мужчине, это общечеловеческое значение у данных слов постепенно отпадает и для него не остается своей лексемы. Сама идея человека уходит из этих языков.

Collapse )
Long Island

О памятниках.

Спор о памятниках все разгорается. Если быть последовательным в неприятии рабства, то нужно снести все памятники древнеегипетской и античной цивилизаций, потому что они были рабовладельческими. Долой пирамиды, Парфенон и Колизей! Долой памятники Платону и Аристотелю и другим рабовладельцам и защитникам рабства. А также Карамзину, Пушкину, декабристам и прочим крепостникам!

Но разве античных философов и русских писателей чтят за это?

Хочу предложить такой критерий: не кому памятник, а ЧЕМУ? Памятники Ленину, Сталину, Дзержинскому, Гитлеру — это памятники коммунизму и фашизму, поэтому они должны быть снесены или перенесены в аналитический контекст музея. А памятник Пушкину — это памятник поэзии, а не крепостничеству, хотя у автора и были крепостные.

Этот критерий можно сформулировать и так: в чем уникальность данного исторического деятеля? Уникален ли Христофор Колумб тем, что был колонизатором, а Джордж Вашингтон — тем, что имел рабов? Нет, колонизаторов и рабовладельцев было много в истории. Но Колумб открыл Америку, проложил путь из Старого в Новый Свет, а Вашингтон — один из отцов-основателей и первый демократически избранный президент США. Именно за это и поставлены им памятники.

И пусть стоят!

Простите за банальность.

Long Island

Homo Scriptor

Первые главы книги Homo Scriptor теперь доступны на Литрес для чтения:

Марк Липовецкий. Mark Lipovetsky. Предисловие.
Александр Генис. Alexander Genis. Вулкан концепций.
Кэрил Эмерсон. (Caryl Emerson). Трансформативная гуманистика Михаила Эпштейна: Пролог к будущему нашей профессии.

https://www.litres.ru/…/homo-scriptor-sborni…/chitat-onlayn/

Там же можно скачать всю книгу. Еще раз благодарю всех ее участников!

Long Island

Козлиный дух.

Сто лет назад О. Мандельштам писал: "Все другие различия и противоположности бледнеют перед разделением ныне людей на друзей и врагов слова. Подлинно агнцы и козлища. Я чувствую почти физически нечистый козлиный дух, идущий от врагов слова" ("Слово и культура").

Вот и теперь, когда идет голосование по "изменениям в Конституцию", для филологически чувствительного человека вопрос "за" или "против" решается уже тем, что в бюллетене для голосования так и написано с грубой ошибкой: «Вы одобряете изменения в Конституцию Российской Федерации?» (должен быть, конечно, предложный падеж — "в Конституции"). Одобрить это — значит одобрить порчу языка, того самого, который провозглашается "языком государствообразующего народа".

Но особенно, как я уже писал раньше, меня поражает неграмотность и абсурдность фразы, лично внесенной президентом как основная поправка. Если бы такая фраза мне попалась в школьном сочинении, она заслужила бы в лучшем случае тройку с минусом.

"Российская Федерация, объединенная тысячелетней историей, сохраняя память предков, передавших нам идеалы и веру в Бога, а также преемственность в развитии Российского государства, признает исторически сложившееся государственное единство".

"...предков, передавших нам... преемственность развития..." Преемственность нельзя передать, потому что преемственность — это и есть передача, то, что передается от предков к потомкам, и то, что потомки перенимают от предков. В словарях "преемственность" определяется как "последовательная передача чего-либо от одного к другому". Поэтому "передать преемственность развития" — это передать передачу того, что передается в ходе передачи.

Фраза открывается причастным оборотом, определяющим Российскую Федерацию как "объединенную тысячелетней историей". А завершается глагольной группой, утверждающей то же самое и теми же самыми словами: "признает исторически сложившееся государственное единство". В чем смысл фразы? Что в посылке, то и в заключении. Единственный глагол во всей этой длинной фразе — "признает". Исторически объединенное признает свое историческое единство. РФ признает то, чем уже является. Полная тавтология. Масло признает, что оно масляное.

Есть важное понятие в лингвистике: актуальное членение предложения на тему и рему. Тема — исходный пункт высказывания, обозначение того, о чем идет речь в предложении. Рема — это то, что сообщается о теме. Тема — старое, известное, рема — новое, впервые сообщаемое. Например, в предложении "мама мыла раму": "мама" — тема, а "мыла раму" — рема. Очень часто темой предложения является группа подлежащего (подлежащее с зависимыми от него членами предложения), а ремой — группа сказуемого (сказуемое с зависимыми от него членами).

В конституционной фразе из двадцати шести слов тема выражена двадцать одним словом, а рема — всего пятью, которые повторяют то, что уже содержится в теме ("признает исторически сложившееся государственное единство"). Это наихудший образец организации речи: куцая рема поглощается громоздкой темой и практически сводится на нет. Фраза "мама мыла раму" несравненно более содержательна.

Еще раз перечитаем филологически этот перл конституционной мысли. Три причастных оборота — на один глагол. Три повторяющихся лексических единицы: история — исторически, государство — государственное, объединенное — единство. К ним добавляется семантический повтор: "передавать преемственность". Замороженный язык, замороженная мысль, а в целом, под видом конституционного основоположения —многословный абсурд. Это отсутствие смысла и движения в ключевой фразе говорит только об одном: у государства, так себя "конституирующего", нет развития, нет динамики. Самой логикой языка оно обречено на самоповтор.

Козлиный дух...

Long Island

Сатанодицея.

В только что вышедшем сборнике памяти Владмира Шарова есть и моя статья "Сатанодицея. Религиозный смысл русской истории по В. Шарову". Сатанодицея — это, по аналогии и контрасту с "теодицеей", попытка оправдание зла и его источника, теологическое объяснение деятельности Ивана Грозного, Сталина... Привожу маленький отрывок.

Long Island

Язык — это главное противовирусное средство


Под таким заглавием на сайте "Полка" опубликовано большое интервью, данное Варваре Бабицкой. Текст прекрасно и многообразно иллюстрирован. Привожу начало.


Вопрос, которым многие сейчас задаются: что будет с человеческой культурой после карантина, как пандемия изменит нашу жизнь?

Мне кажется, культура станет ещё более культурной — ещё больше отдалится от природы, от мира физических явлений. Переход культуры из «реала» в виртуальные миры, начавшийся в последние три десятилетия, сейчас получает сильнейшее ускорение в связи с тем, что сам реальный мир начинает нас из себя выживать. «А в наши дни и воздух пахнет смертью» — Пастернак это написал сто лет назад, и вот повторяется... Всё переходит в онлайн: бизнес, образование, услуги, все виды искусства... Такова отчасти печальная, но неизбежная и специфическая для человека установка на дистанцирование. Что такое язык и вообще любая знаковая система, как не способ отдаления от мира означаемых через условность означающих — то, что физиолог Павлов назвал «сигналами сигналов» и «отвлечением от действительности». Язык — это главное «противовирусное» средство, поскольку он позволяет оперировать миром, не приближаясь к нему или касаясь его опосредованно. Карантин, который сейчас добавляется ко всем уже наработанным защитным механизмам культуры, — это проявление её глубинной сущности. Информация поступает к нам в основном через зрение и слух, а это дистанционные органы символического восприятия. В этом наше отличие от других биологических видов, которые получают информацию в большей степени через контактные органы — обоняние, вкус, осязание. Культура — это система дистанцирования, и коронавирус подталкивает нас в том же направлении. Сейчас, когда мы общаемся по зуму, возникает вопрос: а так ли уж важно, что мы не можем пожать друг другу руку? «Зумификация», которая сейчас происходит во всех областях культуры и коммуникации, столь же неизбежна, как в своё время электрификация.

Интересно, как меняется в этой ситуации содержание культуры в принципе, ведь в этом изолированном состоянии опыт наш оказывается очень обеднённым.

Карантин, в принципе, может оказаться плодотворным для культуры. Мы в основном воспринимаем карантин как пространственный феномен, а по сути он — временный, точнее, временной. «Карантин» — от латинского корня, означающего «сорок». Именно столько дней венецианцы держали на отдалении суда, прибывающие к ним из зачумлённых стран. Но число 40 означает испытание в более глубоком, духовном смысле. Сорок лет Моисей водил свой народ по пустыне, прежде чем ввёл его в Землю обетованную. Сорок дней Иисус постился в пустыне, прежде чем выдержать испытание Сатаны и приступить к исполнению своей миссии. Карантин, «сороковик» — это период испытания, самоограничения, аскезы, прохождения через пустыню.

И нынешнее испытание рождает много интересного. Я в этом семестре читал своим студентам курс под названием «Фантом империи», о культуре и политике от Горбачёва до Путина, и надо сказать, что в тoм историческом переходе, который мы наблюдаем, от перестройки до «обнуления», всё выглядит достаточно печально. Мне хотелось чем-то воодушевить студентов, и я показал им видео, где танцоры Михайловского театра танцуют у себя на кухнях. Это было по-своему столь же грациозно и артистично, как на сцене, и даже интереснее: бытовой танец как форма художественного остранения традиционного балета, как искусство в квадрате. Расцветают домашние формы культуры: например, «изоизоляция» — люди воспроизводят из подручных материалов композиции известных картин или скульптур. Самоограничение лежит в основе любого искусства. Аскеза — это работа над собой, упражнение по овладению своей телесной жизнью, искусство внешнего воздержания с целью внутреннего усиления.

Культура сейчас пребывает в процессе доместикации, благодаря которому мы когда-то подчинили себе природу, подвергли её «аскезе», обработке. Мы одомашнили животных, растения, так возникло сельское хозяйство и вообще цивилизация. Но цивилизация от нас очень сильно отдалилась — это называется процессом отчуждения, — а сейчас благодаря зуму мы переживаем период «доместикации цивилизации», то есть она перемещается в наши дома.


Фрагмент триптиха Иеронима Босха «Искушение Святого Антония», XVI век. Национальный музей старинного искусства, Лиссабон

Фотография Светланы Семенюк для группы «Изоизоляция»

Продолжение — на сайте ПОЛКА.

Long Island

Курс гуманитарного изобретательства и инноваций. Зуминар.

Этот курс разработал Владислав Тарасенко — выпускник философского факультета МГУ, кандидат философских наук (ИФРАН). Сфера его научных интересов — философские проблемы самоорганизации, сложности, междисциплинарных исследований, концепции фрактала, инноватики и творческого мышления. Автор четырех книг и учебника, курсов дистанционного обучения, деловых игр.

Ранее Владислав Тарасенко разработал курсы по книгам Н. Талеба "Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости", М. Чиксентмихайи "Поток. Психология оптимального переживания" и Дж. Уэста "Масштаб. Универсальные законы роста..." Теперь предлагается курс по моей кн. "От знания к творчеству. Как гуманитарные науки могут изменять мир". Ее можно бесплатно загрузить: https://imwerden.de/publ-5574.html

Collapse )